by

ШТУРМ, ГЛАВА 2

Три минуты до десантирования. Благодаря наушникам Эверсман слышал большинство рабочих частот. Линия командования соединяла старших по званию на земле с Мэттьюзом и Харрэлом, круживших над ними на борту штабного «Чёрного Ястреба» С-2, и Гэррисоном, который находился вместе с высокопоставленными офицерами на базе. У пилотов была отдельная связь с Мэттьюзом, ответственного за воздушную поддержку, у «Дельты» и рейнджеров также были свои радиочастоты. На время задания всё остальное радиовещание в городе было заблокировано. Сквозь шум помех Эверсман слышал путаницу перекрывающих друг друга спокойных голосов: все подразделения готовились к штурму.

В то время как «Чёрные Ястребы» низко летели над городом, чтобы зайти на цель с севера, «Литтл Бёрды» уже завершили манёвр. Еще оставалось время для прекращения задания.

Дым от горящих покрышек неподалёку от точки десантирования заставил всех занервничать: сомалийцы часто разжигали костры, сигнализируя боевикам о надвигающейся угрозе. Неужто они летят в ловушку?

— Давно дымят покрышки, или они подожгли их только что, приём? — спросил пилот «Литтл Бёрда».

— С самого утра, как только мы взлетели, — ответили с одной из разведывательных вертушек.

— Две минуты, — предупредил Мэтта командир Супер Шесть-Семь.

«Литтл Бёрды» выдвинулись на позиции перед налётом, который представлял собой резкий набор высоты и последующее стремительное пикирование, которое позволит зачистить местность перед зданием-целью благодаря пушкам и ракетам, направленным вниз. Один за другим различные подразделения повторили «Люси», кодовое слово, по которому начнётся атака: Ромео Шесть-Четыре, полковник Харрэл; Кило Шесть-Четыре, капитан Скотт Миллер, командир штурмовиков «Дельты»; Барбер Пять-Один, вертолет огневой поддержки АН-6 под управлением опытного пилота Рэнди Джонса; Джульетта Шесть-Четыре, капитан Майк Стил, командир отрядов рейнджеров на борту вертолёта Дюранта; Юниформ Шесть-Четыре, подполковник Дэнни Макнайт, командующий наземным конвоем, который вытащит всех целыми и невредимыми. Колонна уже стояла на позиции в нескольких кварталах.

— Говорит Ромео Шесть-Четыре, всем подразделениям: Люси, Люси, Люси.

— Кило Шесть-Четыре, Люси, принято.

— Барбер Пять-Один, Люси, принято.

— Джультетта Шесть-Четыре, Люси.

— Униформ Шесть-Четыре, Люси, приём.

— Всем подразделениям, Люси.

Часы показывали 15:43. В штабе старшие офицеры с помощью мониторов могли детально оценить густонаселённые районы Могадишо. Отель «Олимпик» был самым очевидным местом из пригодных для десантирования: пятиэтажное белое здание, построенное из квадратных блоков с прямоугольниками балконов на каждом уровне. На той же стороне улицы, одним кварталом южнее, расположилось похожее крупное здание. Оба отбрасывали длинную тень на довольно широкую асфальтированную улицу Гольвадиг. На перекрёстке, где грязные аллеи примыкали к ней, ветер кружил кучи жёлтого песка. В лучах послеобеденного солнца земля казалась ярко-оранжевой. Отдельные деревья росли во внутренних двориках между небольшими домами. Здание-цель стояло на противоположной стороне дороги на один квартал севернее отеля. Оно было построено из тех же блоков, в форме буквы «Г». Задняя часть была трёхэтажной, фасад — в два этажа с плоской крышей. С юга к задворкам примыкал небольшая площадка, ограниченная высокой кирпичной стеной, делавшей дом похожим на огромный булыжник. Со стороны фасада по Гольвадигу сновали машины, люди и ослиные повозки. Самый обычный воскресный полдень. Зона операции находилась в считанных кварталах от рынка Бакара, самой оживлённой части города. Люди внизу, уже привыкшие к вертолётам, даже не подняли голов, когда первая пара «Литтл Бёрдов» зашла с севера на вираж над самой дорогой и продолжили полёт прямиком на восток, скрывшись из поля зрения.

Ни один из вертолётов не открыл огонь.

— Одна минута. — проинформировал Эверсмана пилот Супер Шесть-Семь.

Операторы «Дельты» начнут штурм здания первыми. Сразу за ними рейнджеры, спустившись с «Чёрных Ястребов» по десантным тросам, займут периметр вокруг необходимого квартала.

«Дельта» расположилась на десантных скамьях, закреплённых снаружи шаровидных кабин МН-6 «Литтл Бёрдов»: каждая машина перевозила отряд из четырёх человек. На них были одеты тяжелые чёрные бронежилеты и пластмассовые спортивные шлемы поверх наушников, на шеях — ларингофоны, обеспечивавшие их связью друг с другом. Знаки отличия на форме отсутствовали. Время, пока вертолёты на низкой высоте неслись к точке назначения, они тратили на изучение ситуации под собой, обращая внимание на лица, руки, поведение людей, пытаясь угадать, с чем они столкнутся на земле. Появление «Литтл Бёрдов» привело толпу в волнение а потом и вовсе разогнало машины и людей в стороны. Потоки воздуха от мощных винтов прижал кого-то к земле и сорвал цветастые одежды с нескольких женщин. Кое-кто из рейнджеров, всё еще находившихся высоко над ними, заметили людей, которые жестами призывали их спуститься на улицы и драться.

Первая пара «Литтл Бёрдов» начала стремительно снижаться южнее цели над узкой, утоптанной аллее, подняв высокие клубы пыли. Видимость упала настолько, что ни экипаж, ни десант на боковых сидениях не могли ничего разобрать под собой. Первый вертолёт занял чужое место для приземление, поэтому ведомая машина накренилась влево, описала короткий круг на запад и опустилась точно над зданием.

Сержант первого класса Норм Хутен, командир отряда четвёртого «Литтл Бёрда», увидел, как лопасти его вертолёта, зависшего над целью, едва не задели стену. Решив, что машина снизилась настолько, насколько это вообще возможно, Хут и его команда сбросили десантные тросы и пристегнулись к ним, собираясь проскользить по ним оставшийся путь. Им выпал самый быстрый в мире спуск по верёвке: они оказались в одном футе от земли.

Солдаты ринулись прямо к зданию. «Дельта» специализируется на адресных захватах, как на сегодняшней операции. Всё решала скорость. Когда набитое людьми помещение внезапно наполняется взрывами, дымом и светом фонарей те, кто оказался внутри сразу же обращались в панику и теряли внимание. Опыт говорил, что большинство постарается упасть и отползти в угол. Пока операторы смогут поддерживать подобную шокирующую атмосферу, большая часть противников будет выполнять короткие строгие  приказы без лишнего промедления. Рейнджеры видели работу ребят из «Дельты» на нескольких прошлых заданиях; операторы передвигались настолько стремительно и уверенно, что никому в здравом уме не могло прийти в голову оказать сопротивление. Чем больше времени окажется в распоряжении тех, кто очутился внутри, тем тяжелее будет получить над ними контроль.

Основная штурмовая группа, приземлившаяся на улице южнее цели, которую вёл сержант первого класса Мэтт Риерсон, забросала безобидными светошумовыми гранатами внутренний двор и выбила железные ворота, ведущие внутрь. Они быстрыми шагами прошли к дому, приказывая всем находящимся внутри лечь на пол. Четвёрка Хутена совместно с командой сержанта первого класса Пола Хоу атаковала западную сторону здания, которая выходила на Гольвадиг. Отряд Норма ворвался в магазин, стены которого были украшены нарисованными изображениями печатных машинок, ручек, карандашей и прочих офисных принадлежностей. Это был канцелярский магазин «Олимпик»: внутри него обнаружились шесть или семь человек, которые немедленно упали на пол и вытянули руки вперёд в ответ на грозные приказы. До Хутена с улицы донеслись звуки беспорядочных выстрелов в гораздо большем количестве, чем он слышал на прошлых заданиях. Группа Хоу проследовала через следующую дверь. Здоровый накачанный сержант сбил с ног удивлённого сомалийца прямо в дверном проёме, бросив его на пол. Хоу обвёл своей винтовкой CAR-15 комнату; оружие было больше похоже на бластер из фантастического фильма благодаря помповому дробовику, прикреплённому к приливу штыка. Необходимо было установить полный контроль. Он обнаружил лишь склад, забитый мешками и коробками.

Обе команды знали, что им нужен был жилой дом, так что они вскоре вернулись на улицу. Солдаты ринулись по Гольвадигу на юг, повернули налево, направляясь к двору, который уже был захвачен их коллегами. Когда они огибали угол, песчаный вихрь заметно усилился: «Чёрные Ястребы» уже на подходе.

Первый из них, на борту которого находился командир «Дельты» и группа огневой поддержки, выпустил сигнальные ракеты и завис над дорогой чуть севернее здания-цели, ожидая, пока капитан Скотт Миллер и его спецназ спустится по верёвкам на землю. Совместно со штурмовиками из второго вертолёта они станут следующей волной, атакующей здание. За ними следовали четыре машины с рейнджерами, которые уже приступили к десантированию по углам квартала для организации оборонительного рубежа.

Едва десантные тросы были сброшены с «Чёрного Ястреба» Супер Шесть-Шесть, парящего над юго-западным углом, третий отряд приступил к высадке на улицу парами: по солдату с каждого борта машины. Члены экипажа кричали всем, кто готовился выходу с их стороны «Не бойся!». Подходя к канату, сержант Кени Томас подумал:»Да пошёл ты к чёрту, дружище, не тебе туда спускаться!».

Двумя кварталами севернее над главной улицей завис Супер Шесть-Семь. Пилот сказал Эверсману приготовиться к сбросу тросов.

Несмотря на то, что четвёртый отряд находился на высоте семнадцати футов, больше той высоты, что они преодолевали раньше, клубы пыли с проспекта достигали открытых люков. Ожидая, пока остальные пять машин достигнут позиций, Мэтту казалось, что они слишком долго оставались на одном месте. Даже сквозь шум крутящихся винтов и работающих моторов до солдат доносился грохот стрельбы. «»Чёрный Ястреб»», висящий в небе, был отличной мишенью. Нейлоновые канаты толщиной в три дюйма были смотаны кольцами около дверей по обеим сторонам. Специалист Дэйв Димер уже стоял у правого борта, за его спиной находился сержант Кейси Джойс. Слева первым в очереди оказался салага, Блэкбёрн. Когда по команде пилота они сбросили верёвки, одна угодила прямо на крышу автомобиля. Процесс затянулся. «»Чёрный Ястреб»» сместился вперёд чтобы высвободить трос.

— Мы немного отклонились от заданной позиции, — предупредил пилот. Теперь они оказались почти на квартал севернее.

— Всё в порядке, — ответил Эверсман.

Сержант чувствовал, что на земле на порядок безопаснее.

— Мы удалились почти на сотню метров, — не унимался пилот.

Мэтт продемонстрировал ему оттопыренные большие пальцы,

Солдаты засуетились. Бортовой стрелок рявкнул: «Пошёл, пошёл, пошёл!»

Эверсман будет спускаться последним. Он снял шлемофон и сразу же был оглушён шумом вертолёта, взрывами и стрельбой вокруг себя. Обычно на заданиях он использовал беруши, но  сегодня сержант оставил их, ведь ему полагалось одеть наушники. Он перевесил их через флягу и потянулся за маской. Ему необходимо натянуть очки на глаза и он помнил о словах бортового стрелка — оставить перед выходом шлемофон на сидении. Но чёртова резинка очков запуталась. Эверсман ковырялся с ней в попытке поправить до тех пор, пока последний из его подчинённых не выпрыгнул наружу. Теперь настала его очередь спускаться по верёвке; Мэтт отшвырнул очки и сделал шаг за борт, вырвав провод из разъёма и увлекая за собой наушники.

Он поначалу не сообразил, насколько высоко они находились. Спуск занял больше времени, чем обычно он тратил на тренировках. Трение буквально прожгло его толстые кожаные перчатки, разодрав ладони, и он чувствовал себя уязвимым, полностью вытянувшись вдоль каната: он спускался в два раза дольше обычного. Когда сержант приблизился к земле, сквозь вихри пыли под ногами он заметил одного из своих солдат, лежащего ничком на спине. Сердце Мэтта заколотилось. Кого-то уже подстрелили! Чтобы не приземлиться прямо на того парня, он вцепился в веревку еще крепче. Это был новобранец. Ноги Эверсмана коснулись земли рядом с ним, а наверху экипаж вертолёта освободились от тросов. Последние упали, собираясь в воздухе в кольца и шлёпнулись на тротуаре. Когда «»Чёрный Ястреб»» удалился шум и вихрь пыли начали стихать, а вонючий аромат города, похожий на запах гнили, врезался в ноздри.

Кровь струйками текла из ушей и носа Блэкбёрна. Рядовой первого класса Марк Гуд, медик, уже занимался им. Один глаз Тодда был закрыт, другой смотрел в небо. Кровь пенилась у рта, он лежал без сознания, издавая булькающие звуки. Гуд прошёл курс экстренной медицинской помощи, но тут он был бессилен. Самое тяжёлое ранение за время пребывания оперативной группы в Сомали.

Блэкбёрна не подстрелили, он упал. Каким-то образом он отцепился от верёвки. Семнадцать футов полёта до земли. Его только-только приписали к пулемётчику отряда, так что он нёс кучу боеприпасов, что сделало его тяжелее, чем обычно. Это вдобавок к возбуждению и опасной высоте… Неважно почему, но он не удержался. Похоже, Блэкбёрн получил серьёзные внутренние повреждения. Эверсман отступил на шаг и мигом оценил положение своего отряда.

Man down, спасибо ktzeroii

   Ширина Гольвадига составляла около пятнадцати ярдов, занесённых мусором, как и всё в Могадишо. Облако пыли рассеялось и сержант увидел своих людей, рассредоточенных, как и полагалось, вдоль грязных каменных стен по сторонам дороги, оставив посреди улицы Эверсмана с Блэкбёрном и Гудом. Было жарко, мелкие песчинки летели в его глаза, нос и уши. По ним вели огонь, пока — недостаточно точно. По правде говоря, сержант не сразу его заметил. Казалось бы, пули, пролетающие мимо него, должны были привлечь его внимание, но он был слишком  занят, чтобы отвлечься на них. Теперь заметил. Проносящиеся пули издавали хлопок, похожий на треск сухой ветки пекана. Эверсман никогда раньше не попадал в перестрелку.Так вот на что она похожа. Представляя собой прекрасную цель, он сообразил, что лучше найти укрытие. Вместе с Гудом они подхватили раненого под руки и голову, стараясь держать её прямо,и оттащили его к восточной стороне перекрёстка, укрывшись за двумя машинами.

Эверсман крикнул своему радисту — рядовому первого класса Джейсону Муру, находившегося с на противоположной стороне улицы, приказывая связаться с капитаном Майком Стилом по частоте рейнджеров. Стил с двумя помощниками, Ларри Перино и Джимом Лешнером десантировались с первым отрядом у юго-восточного угла квартала. Четвёртая группа заняла позиции на северо-западном перекрёстке. Прошло несколько минут. Мур крикнул в ответ, что связь с командиром отсутствует.

— Что значит не можешь до него пробиться?

Мур пожал плечами. Хулиган из Принстона, Нью-Джерси, любитель жевательного табака, носил под шлемом наушники, позволявшие ему вести радиопереговоры без помощи рук. Перед вылетом он прикрутил клавишу включения микрофона к своей винтовке; по его мнению — блестящая идея. Но пока Мур спускался, он случайно прижал провод к верёвке. Она попросту перерезала её. Джейсон до сих пор этого не заметил; именно поэтому он не мог понять причину того, что его никто не слышит.

Эверсман попробовал связаться по своей рации. Стил опять не ответил, но после нескольких попыток на линии появился лейтенант Перино. Сержант помнил, что сегодня они впервые попали в бой, а он — в первый раз командует отрядом, и предпринял все меры, чтобы говорить медленно и спокойно. Мэтт доложил о падении и тяжелом состоянии Блэкбёрна. Его необходимо отсюда вытащить. Эверсман старался донести экстренность ситуации без истерики.

— Повторите, — сказал Перино.

Голос сержанта то обрывался, то снова звучал. Он повторил. Произошла какая-то задержка. Затем голос Перино ответил:

— Повторите еще раз, приём.

Теперь Эверсман взорвался. Он заорал в рацию:

— Солдат ранен, нам необходимо его эвакуировать как можно скорее!

— Успокойтесь, — произнёс Перино.

   Фраза раскалила Мэтта докрасна. Скоро в меня начнут стрелять прицельно.

По радиосвязи были вызваны медики «Дельты»: вверх по Гольвадигу бежали сержанты первого класса Курт Шмид и Барт Баллок. Вооружённые большим опытом, они сразу приступили к оказанию помощи. Шмид установил трубку в горло Блэкбёрна, облегчившую его дыхание. Баллок воткнул в руку иглу и присоединил капельницу.

Стрельба усиливалась.Офицерам, наблюдавшим за экранами в командном центре казалось, что они ткнули палкой в осиное гнездо. Наблюдение за боем в реальном времени было захватывающим и одновременно беспокойным занятием. Камеры высоко над полем боя показывали толпы сомалийцев, которые повсюду возводили баррикады и поджигали покрышки, сигнализируя боевикам. Потоки людей, среди которых было много вооружённых бойцов, стекались на улицы. Они собирались со всех направлений в сторону рынка Бакара, над которым группа вертолётов служила отличным ориентиром на место боевых действий. Из отдалённых районов выехали автомобили, забитые до отказа вооружёнными бойцами. Большая часть двигалась с севера пешком на позиции Эверсмана и второго отряда, который оказался на северо-восточном углу.

Люди Мэтта уже порядком разгорячились и стреляли по всем направлениям, кроме того сектора, что находился у них за спиной и вёл к зданию. Через улицу, напротив медиков, колдовавших над Тоддом, сержант Кейси Джойс целился из своей М-16 в наступающую с севера толпу. Сомалийцы собирались в группы по дюжине или чуть более человек на перекрёстке  несколькими кварталами выше; те, кто оказался ближе к американцам, выскакивали со смежных улиц и открывали огонь навскидку. Они опасались американского оружия, но всё равно лезли на рожон. Действия рейнджеров были скованы строгими инструкциями по ведению боя: разрешалось стрелять только в тех, кто наводил на них оружие. Но даже это было невозможно реализовать. Не было сомнений, что по ним ведут огонь, впереди по улице они видели сомалийцев с оружием. Но вооружённые люди перемешались с безоружными, среди которых находились женщины и дети. У жителей этой страны была странная черта: большинство гражданских, едва заслышав звуки стрельбы и грохот взрывов, бегут прочь. Где бы не начались беспорядки, каждый обитатель Могадишо стремился туда попасть. Мужчины, женщины, подростки, даже дети и новорождённые. Как будто национальное самосознание велело всем быть очевидцами событий. Рейнджеры смотрели на них сквозь прицелы, беззвучно ругаясь на зевак в надежде на то, что последние уберутся к чертям с их пути.

События развивались далеко не по тому сценарию, что был в голове у Эверсмана. Его команда всё еще была на квартал севернее необходимой позиции. Он полагал, что оказавшись на земле отряд просто-напросто переместится вниз по улице, но падение Блэкбёрна и неожиданно плотный огонь поставили на этом крест. Время с ними шутило. Непросто объяснить тем, кто не попадал в подобную ситуацию: казалось, что события вокруг происходили с троекратной скоростью, в то время как его собственное восприятие замедлилось; несколько секунд казались минутой. Он не имел понятия о том, сколько уже прошло времени. Две минуты? Пять? Десять? Было сложно поверить, что всё вокруг способно так сильно испортиться за столь непродолжительное время.

Зная, что парни из «Дельты» работают быстро, он постоянно оборачивался, чтобы не пропустить подъехавший конвой. Несмотря на то, что прошло слишком мало времени, сержант всё равно смотрел в ту сторону, ведь это станет признаком скорого завершения операции. Он, наверное, обернулся дюжину раз прежде чем увидеть первый «Хамви», вырулившего из-за угла тремя кварталами ниже по проспекту. Какое облегчение! Вероятно, ди-бои уже закончили и они смогут отсюда убраться.

Шмид, медик «Дельты», закончил осмотр Блэкбёрна и был явно встревожен. Новобранец точно получил тяжёлую черепно-мозговую травму, а большая шишка на задней поверхности шеи могла свидетельствовать о переломе. Санитар поднял глаза на Мэтта.

— Сержант, он очень плох. Нам необходимо его эвакуировать прямо сейчас, иначе он погибнет.

— Нам действительно нужно вывезти этого парня, или он умрёт. Вы можете послать машину? — Эверсман снова обратился к Перино и передал ответ Курту — Нет, «Хамви» не подъедут.

— Нам нужно найти способ вытащить его отсюда! — произнёс Шмид.

Эверсман позвал двух сержантов, Кейси Джойса и Джеффа Маклафлина, которые очутились рядом в мгновение ока. Он обратился к старшему по званию, Маклафлину, пытаясь перекричать непрекращающийся грохот боя:

— Вы должны отнести Блэкбёрна к тем джипам у здания!

Они разложили складные носилки и уложили на них рядового. Его сопровождали пятеро: Джойс и Маклафлин шли впереди, Баллок и Шмид позади, Гуд бежал рядом, держа капельницу, торчащую из руки Тодда. Они двигались медленно. Джефф никак не мог взять в толк почему Блэкбёрн, лежащий без сознания и стекающий кровью, казался неподъёмным. Все они подбадривали его криками «Держись! Не отключайся!», хотя, глядя на него, трудно было назвать солдата живым.

Им приходилось опускать носилки для ведения ответного огня: пробежав несколько шагов они клали раненого на землю, стреляли, поднимали и тащили его еще несколько метров, после чего повторяли снова.

— Мы должны привести один из тех «Хамви» сюда! — прокричал Шмид, — Дёргая его без конца вверх и вниз, мы его вряд ли спасём!

Джойс вызвался доставить машину. Он рванул к колонне в одиночку.

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.